VI.1902 — 5.II.1912

IV.1902

ПОЭТУ

IV. 1902

В АЛЬБОМ

IV. 1902 — 7. III. 1905

II.1902

***

Тебя с улыбкою приветствует весна.
Как глубина небес прозрачна и ясна!
А солнце радостно лучится над землею;
а синева без туч... лишь редкою семьею
в ней бродят облака, сверкая белизной;
и ветки уж пестрят зеленою листвой.
Покинь скорей постель, где ты лежишь больная,
и выйди в тихий сад, где, робко замирая,
я долго жду тебя. Здесь теплый ветерок
обвеется тебе вокруг бесцветных щек,
и солнце, ослепив, лицо тебе осветит,
и греющийся мир тебя, ликуя, встретит.
Пусть ты еще слаба, пусть ты еще бледна,
но ведь и как сильна, живительна весна!
Она прильнет к тебе широкими волнами,
и я начну следить счастливыми глазами,
тих от сердечного и вешнего тепла,
как станешь ты свежа, здорова и мила.

Я чужд уже очарований
И, открывая твой альбом,
Среди девических мечтаний,
Среди наивных пожеланий
Хочу писать тебе о том,
Что наша жизнь лишь ряд мгновений
Однообразных и пустых.
В ней нет высоких наслаждений,
В ней нет возвышенных мучений,
Есть лишь пародия на них.
Под всякой, с виду мощной, страстью
Таятся низость и обман.
Не верь ни радостям, ни счастью,
Не верь любви, не верь участью,
Ни мукам от душевных ран.
Отбрось все ложные стремленья
Пустой толпы, толпы людской;
Одни есть в мире наслажденья —
Искусства вечные творенья
С их дивной, ясной красотой.

Поэт! В тебе живут все люди, все века,
Но ты один в душе бездонной обитаешь
И всё твоё, что ты так чудно изливаешь,
И радость, и печаль, и горькая тоска

Не только ведь твоё. Так дивно широка
Твоя душа, что в ней ты странно совмещаешь
Все души, все сердца и равно выражаешь
И радость юноши, и ропот старика.

Вот почему всегда созданья красоты
Среди людей найдут всеобщее признанье
И всякий в них прочтёт своё страданье

И счастие своё, прочтет свои мечты.
И всякий думает, что чутко слышал ты
Его веселый смех иль горькое рыданье.

* * *

Я вновь могу писать. Давно не прикасался
Я к чуткому перу. Когда любви отдался
Мой дух разнеженный и спал в блаженстве ум,
Я, в верном зеркале моей души и дум —
В стихах, описывал случайные свиданья.
Мерцанье тонких чувств, и сладкие страданья,
Забыв все образы, игравшие со мной.
Как ясно было всё! Она, как друг родной,
II не деля любви, к ней нежно относилась,
Так мягко, бережно... Но — вдруг — переменилась...
Я сетовал, болел, укоры слал судьбе;
То злые чувства стал я замечать в себе:
Они то меркнули, подавлены сурово
Влюбленной совестью, то разгорались снова.
В таком смятении я перестал творить,
Боясь поэзию, как бога, оскорбить
Неблагородными и мелкими страстями,
Неправой жалобой и вздорными слезами,
Которые потом противны самому
И хочешь их забыть и скрыть в немую тьму.
И я молчал. Теперь — целитель дивный — время
Уже сняло с души мучительное бремя;
На помощь мне пришла и перемена мест:
Теперь уж я не там, где нёс свой тяжкий крест,
Теперь передо мной шумит, синеет море,
Мечты развеялись на голубом просторе
И образы хотят определенных слов,
Чтоб воплотиться в них из мира чудных снов.

Дата добавления: 2015-06-26